Категория: | Просмотры: 1034


Беременность. Тёмная сторона. Часть 2. Замершая беременность, выкидыш.Автор: Юлия Голованова (Верятина)

Читать предыдущую часть статьи
Окружающие.
Отец ребёнка.
Взаимоотношения женщины с отцом ребёнка в ситуации потери и после непростые. Потеря беременности часто становится серьёзным испытанием для обоих. И я не раз сталкивалась с тем, что супруги проживали отчуждение друг от друга. И беременность сама по себе, и потеря ребёнка, ярко обнаруживают отличия между супругами. Если в психологическом смысле от переживания различий можно долго прятаться, создавая иллюзии, как бы не замечая, что партнёры отличаются друг от друга взглядами, характерами, способами поведения, эмоциональностью и особенностями выражения эмоций. То в данной ситуации эмоциональная сторона очень явно переплетена с телесной. Женщина была беременна, она переживала это собственным телом и все последствия потери она переживает собственным телом. И именно эта часть опыта недоступна мужчине. Я думаю, что этот момент имеет важное значение в понимании динамики отношений мужчины и женщины в ситуации потери. Для краткости формулировок я буду описывать эту динамику, используя понятия «муж» и «жена» и имея ввиду при этом разные формы партнёрских отношений.

Даже в ситуации, когда муж рядом, поддерживает женщину, заботится о ней, проявляет сочувствие и понимание, ведёт себя деликатно, женщина не всегда будет избавлена от чувств стыда, вины и злости по отношению к нему. И это очень сложный момент. Потому что эти переживания отдаляют женщину от мужчины, создают дистанцию, и отношения могут накаляться. Муж не понимает, что происходит с его женой. Он заботится, делает всё, что может, искренне сочувствует и даже переживает собственную боль, а ей всё плохо и плохо, и он ещё в чём-то виноват. Это может приводить к ответной злости или обиде, и круг разрушающих эмоций замыкается.

О стыде и чувстве вины я уже писала выше. Нужно обладать довольно тонкой наблюдательностью, навыками анализа своих переживаний, иногда даже опытом и знаниями в области психологии, чтобы самой женщине догадаться или хотя бы предположить, что стыд и вина, которые она переживает, имеют весьма косвенное отношение к мужчине в той ситуации, когда мужчина не стыдит и не обвиняет. Гораздо большую роль в появлении этих чувств, на мой взгляд, играет собственно болезненный телесный опыт женщины в данной ситуации, опыт взаимоотношений с медицинским персоналом, и личные убеждения женщины, являющиеся частью её мировоззрения и представлений о мире и о себе. Естественно, если женщина и до беременности была склонна к переживанию этих чувств по разным поводам (бывает такая индивидуальная особенность, когда у человека легко вызвать стыд или вину в отношениях), то и в ситуации потери она не будет избавлена от испытания этими переживаниями. Я также думаю, что если супруги не склонны делиться друг с другом своими мыслями, переживаниями, не склонны или просто не умеют обсуждать происходящее, быть откровенными друг с другом, то, конечно, в ситуации стресса можно легко и много надумать неприятного для себя о своём партнёре (потому что восприятие искажается). В частности, например, что «муж меня обвиняет», «он наверняка думает, что я что-то сделала не так», «муж меня считает плохой женой, женщиной, не способной к материнству» и т.д.

Что же касается злости, я думаю, что некоторая часть женской злости относится даже к самому хорошему мужу. И «вина» его в том, что он не может разделить с женщиной по-настоящему, по полной, её боль и горе. Потому что ему недоступен этот опыт, в принципе. И в этом между нами — мужчинами и женщинами — бездна. И одновременно, это та тонкая грань, где женская боль и горе утраты могут незаметно превратиться в орудие мести и отыгрывания. Мужчина здесь бессилен. Он действительно ничего не может противопоставить женщине в ответ на «ты не переживал это никогда! Ты не представляешь, что я чувствую!». Потому что это правда. И женщина здесь тоже бессильна. И злость, и ярость ее — от бессилия. Она не может это изменить. Она сталкивается с тем, что в их родительской паре она предоставляет своё тело для малыша. И в этом она одинока. Её злость может быть связана с тем, что она одинока в своём необъяснимом переживании-ощущении ответственности, когда внутри неё развивается новая жизнь. И с тем, что ей приходится одной претерпевать ту реальную физическую боль, которая связана с беременностью, потерей, лечением и т.д. И если уж на то пошло, в физическом смысле её ощущаемая потеря, действительно больше. Только муж в этом не виноват. Так устроено природой.

Мы, люди, нуждаемся в том, чтобы кто-то разделил с нами нашу боль. Возможно, у вас, читающих эту статью, есть опыт, когда особенно трогала вас чья-то поддержка, если человеку удавалось донести до вас, что он проходил через подобное и на собственном опыте представляет, что вы чувствуете. В некоторых ситуациях это оказывается очень важным — не просто поддержка, не просто слова сочувствия, а именно узнавание в словах другого, что и он это переживал. И в этом смысле выход из ситуации для женщины заключается с одной стороны в том, чтобы принять те отличия, которые существуют между мужчиной и женщиной по природе, а с другой — в том, чтобы обращаться за поддержкой к женщинам, а не ждать её только от своего мужчины.

Я была свидетелем такой истории. Семейной паре, пережившей потери, никак не удавалось стать родителями. Но в общем-то тема эта не была табуирована и периодически супруги о ней говорили или делились своими переживаниями. Однажды женщина поделилась с мужем очередной раз своей болью, то ли узнав, что знакомая беременна, то ли увидев маму с младенцем. Муж ответил ей: «мне тоже больно». Она рассказала мне, что вдруг заметила, как внутри неё пронеслось возмущённое «А тебе-то что больно!». Она заметила, что даже не представляет, что муж переживает боль. Она понимала и чувствовала, что он переживает за неё, о ней. Но она не могла понять, какая боль у него может быть о ребёнке. После этого между ними состоялся разговор, в котором она спрашивала его о его переживаниях и просила поделиться с ней. Это помогло женщине лучше понять своего мужа, и, наконец, заметить его чувства. А также — ярче ощутить, что она не одинока в своих переживаниях.

Да, мужчина переживает такую потерю и своё несостоявшееся отцовство иначе, чем женщина. Тем не менее, мне бы хотелось отметить тот факт, что мужчины тоже переживают. И иногда (а может быть и часто) женщина не просто не может смириться с тем, что муж переживает иначе, а поглощенная своим горем, не всегда может допустить мысль о том, что он вообще может переживать на эту тему.

Да, мужчина часто не впадает в заметную депрессию, не плачет с женщиной день ото дня, не погружён в переживания так, как она. И это внешнее отличие также даёт женщине основания думать, что он не понимает её горя и он не совсем с ней. Если бы можно было это ярко выразить в одной фразе, то это могло бы звучать так: «Как он может продолжать жить как обычно, когда мы потеряли нашего ребёнка?! Ему безразлично!»

По этому поводу хочется привести ещё пару примеров, которые иллюстрируют, как проявляются отличия между нами — женщинами и мужчинами — в эмоциональном поведении, в наших ролях и функциях. Однажды мужчина рассказал мне, что он еле сдержался от слёз, смотря на свою жену в палате, выходящую из наркоза и плачущую. И держался он, «потому что в палате были люди» и «потому что я должен быть сильным, когда она слабая». Он говорил также: «Если я буду рыдать рядом с ней и расслабляться, то как мне её поддерживать и решать другие задачи?»

В другой раз у меня на приёме была семейная пара, пережившая потерю на большом сроке беременности. Пришли они по поводу семейного кризиса. И в процессе работы стали всплывать, как обычно, разные обиды. Одной из обид женщины было то, что муж, когда она горевала, мог пойти с друзьями играть в спортивные игры. На первый взгляд, справедливо. Осуждение в адрес мужчины в такой ситуации может быть довольно типичной реакцией со стороны женщин. Однако если женщина знает, что для мужчин спортивные занятия и командные игры, могут быть одним из немногих адекватных средств снятия накопившегося напряжения и освобождения от избытка чувств, то можно взглянуть на эту ситуацию совсем с другой стороны.

При всём понимании женской боли хочется обратиться к женщинам в защиту мужчин. Я думаю о том, что да, мужчины, на мой взгляд, чаще вытесняют эмоции, не всегда чувствуют и осознают так глубоко каждую деталь и не всегда склонны застревать на мелочах, склонны, как принято сейчас говорить, «не заморачиваться». Но может быть, и благодаря этим особенностям они могут быть мужчинами рядом с нами? Сильными, выносливыми, способными сохранять внешнее хладнокровие в стрессовых ситуациях? Им тоже приходится нелегко. Их с детства учат не плакать, сдерживать свою агрессию, быть мужественными и т.д. И им с детства приходится учиться упаковывать свои эмоции так, чтобы соответствовать женским и, в целом, общественным ожиданиям. Но если мужчина не рыдает рядом с вами, не рассказывает постоянно о том, как он переживает — это совсем не значит, что ему всё равно.

Ещё одно часто встречающееся, на мой взгляд, отличие. Мужчина склонен искать решение проблемы, а не ходить вокруг да около эмоций. И это вообще вечная тема в отношениях мужчины и женщины — о том, кто и как понимает поддержку, сочувствие и соучастие. Разное отношение к эмоциям плюс незнание закономерностей, связанных с гореванием, приводит к тому, что мужчина может действительно не понимать, чего женщина так долго страдает (месяц, два, три, больше). Более того, его это может пугать. Так, например, я была свидетелем диалога мужа и жены, когда он восклицал: «Сколько можно переживать!» и пытался вразумить жену: «Прекрати. Возьми себя в руки». Это было спустя 2-3 месяца уже после того, как женщину выписали из больницы. Женщина воспринимала это как непонимание и отвержение, обесценивание её чувств. В диалоге стало ясно, что мужчина искренне переживал за жену, думая, что она застревает в депрессии, и боясь, что она может с собой что-нибудь сделать. Для него слёзы были признаком затянувшегося неблагополучия. Для женщины же слёзы были тем, что помогает ей снять напряжение и освобождаться от боли. Для неё было удивительным, что за призывами мужа взять себя в руки скрывается не холодность и безразличие, а страх того, о чём у неё даже и мысли не было. Когда им удалось услышать друг друга, это оказалось взаимной поддержкой. И дало возможность им лучше понимать поведение друг друга. Мужу стало легче воспринимать слёзы жены, когда она вдруг что-то вспоминала, видела или слышала, напоминающее ей о недавней потере. А для жены стало понятно, что мужу совсем не все равно, когда она плачет.

Всё вышеописанное может иметь место, когда мужчина вместе с женщиной проживает потерю, заботится, присутствует, сопереживает. А теперь давайте представим, что что-то не так. Что ситуация осложнена, например, внешними обстоятельствами: муж оказался в командировке, когда женщина пыталась сохранить ребёнка и потеряла его; муж был в процессе переживания какого-то сильного личного стресса или горя (потеря работы или неприятности на работе, болезнь или смерть кого-то из близких). Или отношения в паре и до беременности не были гладкими — было недопонимание и конфликты; партнёры не склонны делиться своими переживаниями, обсуждать свои взаимоотношения, поступки друг друга, прояснять; между партнёрами идёт борьба за власть или за то, кто виноват, кто больше другого страдает в отношениях. Тогда каждый в этой стрессовой ситуации еще больше воспринимает другого через призму своих фантазий, а они, как правило, не радужные.
Я думаю, что учитывая вышеописанное, не сложно представить, каковы переживания женщины, какова силы злости и обиды на мужчину, если он безучастен, если он груб и чёрств, и, тем более, если он убеждён, в том, что «подумаешь, делов-то — выносить и родить», и ведёт себя соответственно.

Еще о злости к отцу ребёнка.
После замершей беременности или выкидыша перед женщиной встаёт вопрос, как о причинах случившегося, так и о планировании следующей беременности. Решение этих вопросов сопровождается хождением по врачам, прохождением разных процедур, которые нельзя назвать приятными, сдачей многочисленных анализов. Рано или поздно в семье встаёт вопрос о том, чтобы и будущий отец поучаствовал в обследовании — сдал сперму для спермограммы, проконсультировался у андролога и, возможно, даже прошёл курс лечения, сдал кровь на определение возможных генетических аномалий и т.д. Здесь отличия между мужчиной и женщиной обнаруживаются еще острее. Думаю, многие согласятся с тем, что, в целом, мужчины отличаются от женщин меньшей дисциплинированностью в плане посещения врачей. Связано это, как минимум, с двумя факторами. Первый заключается в том, что мужчины, несмотря на внешнюю смелость и крепость, могут быть более эмоционально уязвимы в случае медицинских манипуляций. Второй — в том, что мужчинам сложно переносить собственную слабость и сталкиваться с ней. А поход к врачу может уже сам по себе быть признанием какой-то своей потенциальной слабости — иду к врачу, значит что-то не так. И тут, в ситуации вопроса о здоровье и планировании беременности, женщина посягает на одну из святынь — на уверенность в биологической продуктивности и полноценности мужчины. Я не могу претендовать на большой объём статистических данных, но на основе своего опыта общения с мужчинами отмечаю тенденцию такого восприятия ситуации. И, похоже, мужчинам реально страшно. Страшно даже допустить мысль о том, что с ними может быть что-то не в порядке в этом плане. Это какое-то возмутительное покушение со стороны женщины — даже предположить, что дело может быть и в мужчине. И в зависимости от того, насколько взрослые, доверительные, устойчивые отношения в паре, ситуация может от некоторого напряжения доходить до пассивного саботажа, переходящего в откровенные скандалы. Одна из характерных возмущённых жалоб женщины: «Я столько всего уже сделала, а ему сложно сперму в банке в лабораторию сдать!». И негодование женщины здесь можно понять — процедуры, осмотры, анализы, уколы, всё, что она переживает, не идёт для неё ни в какое сравнение с тем, что требуется от мужа — сдать пару анализов, сходить на один-два неприятных приёмов к врачу, может быть, пройти через несколько процедур.

Что можно сделать? Как можно помочь?

Я очень надеюсь, что мужчинам, читающим эту статью, уже само описание каких-то переживаний женщин в подобной ситуации может помочь лучше представлять, что с их женщиной может происходить. И может быть хотя бы чуть-чуть усложнится в представлении образ и самой беременности, и проблем с сохранением беременности, и ситуаций с потерей беременности. Ну и общие рекомендации к другим частям статьи могут стать ориентирами в том, как действовать, на что обращать внимание, какую поддержку мужчина может оказать женщине сам, а какую нужно организовать с помощью других людей (женщин, врачей, психологов и т.д.).

Я также воспользуюсь возможностью обратиться к мужчинам, избегающим прохождения медицинских обследований в связи с трудностями зачатия в паре или в связи с невынашиванием. Женщины действительно проходят через довольно много неприятных и болезненных процедур в связи с диагностикой причин бесплодия и невынашивания. И опыт сохранения и потери беременности — это во всех смыслах болезненный и страшный опыт. И в психологическом, и в медицинском. Если вы любите свою женщину, если вы действительно хотите стать отцом, сделайте то, что точно зависит от вас — пройдите обследование. Если с вами все в порядке, вы об этом узнаете и успокоитесь. Если что-то не так, то хотя бы появится понимание, что делать дальше. Взамен конфликтам и охлаждению в паре. Если вам страшно или неловко, попробуйте найти поддержку. Попробуйте всё-таки признать, что ваше участие действительно нужно.

Ну а в психологическом плане — тут уж каждому мужчине самому выбирать, пытаться ли понять свою женщину, поддерживать ли её на основе этого понимания, или оставаться по другую сторону проблемы, проводя четкую границу между делами мужскими и женскими, и считая, что каждому их нужно решать самостоятельно.

К женщинам мой основной посыл всё же в том, что очень нужна в таких ситуациях женская поддержка. Каким бы ни был прекрасным ваш мужчина в плане чуткости, понимания, способности поддержать морально и т.д., если ваши переживания сильны и глубоки, то с большой вероятностью вы можете столкнуться с той злостью на мужчину, которая неразрешима в отношениях. Потому что зависит она не от качества отношений, а просто от того, что вы принципиально отличаетесь по своей физической природе. И просто хочется еще раз обратить внимание на то, что не всё могут мужчины про наши женские переживания понять, ровно так же, как и мы далеко не всё пониманием и можем прочувствовать на своей шкуре, что касается бытия мужского. Мне кажется, что этот факт остается только принять и пережить.

Обращаясь же к обеим сторонам этой драмы одновременно, я добавлю еще пару предложений:

  1. Разговаривайте. Если не умеете, учитесь. Разговаривать друг с другом. Слышать друг друга. И понимать. Понимать — это не значит обязательно соглашаться. Это значит — верно понимать то, что говорит ваш партнер, а не искажать своими личными интерпретациями и додумками. Люди очень часто ошибаются, думая, что они хорошо понимают друг друга.
    Если честно, я не видела ни одной пары, в которой бы умение говорить друг с другом (спрашивать и отвечать, прояснять, уточнять, пытаться найти точки соприкосновения — особенно, в сложных ситуациях) было лишним или портило отношения. Наоборот. Это умение всегда помогает. Особенно, когда оно взаимно, и оба партнера готовы обсуждать то, что происходит.
  2. Обратите внимание на ваши отношения до и после потери. Потеря беременности — это испытание для пары. Если ваши отношения и до случившегося были трудны, было много напряжения, претензий, конфликтов, неудовлетворенности, то в период проживания потери всё это может обостриться. И семья сталкивается с двойной ношей. Довольно часто обращения к психологу случаются именно на почве какого-то острого события, которое вскрывает сразу все существовавшие проблемы. Поэтому не затягивайте. Если вы видите, что у вас не хватает ресурсов, обратитесь за помощью. Обратитесь парой или кто-то один из партнёров, кто чувствует в этом большую потребность или готовность.
Врачи.

Врачи и другие медицинские работники уже мной упоминались в этой статье, когда я писала о стыде. Вообще, конечно, врач и медсестра — это люди, с которыми наиболее часто сталкивается женщина по вопросу своей беременности. И, конечно же, от того, какие врачи и медсёстры окажутся на этом пути рядом с женщиной, довольно сильно зависит и её состояние.

Если женщина переживает замершую беременность или последствия выкидыша, то с большой вероятностью, ей придётся столкнуться с несколькими врачами и их помощниками, ведь врач, ведущий наблюдение амбулаторно, не может сопровождать женщину в больнице, где она оказывается на лечении. Хорошо, если врачи и другие медработники попались толковые — и в техническом, и в человеческом смысле. Понятное дело, хуже, если среди них оказались выгоревшие или вовсе не слишком пригодные к данной деятельности. Вопрос культуры обращения с пациентами, на мой взгляд, очень больной вопрос в нашей стране. И связан он не только с подготовкой медиков, но и с устройством нашей системы здравоохранения, в целом — в том числе, с вопросами разумности организации деятельности медицинских работников, с вопросами финансирования, мудрости и умеренности контроля и т.д. Но обсуждать я это здесь не планирую. Я хочу лишь сказать, что часть болезненного состояния женщины во время и после замершей беременности или выкидыша, определенно связана с поведением врачей и медсестёр. Немалая часть женской боли при потере ребёнка связана с унижением и брошенностью, пережитыми женщиной во время этой потери. Отношение врачей может облегчить, а может и усугубить психологическое состояние женщины.

Врачи, конечно, и в силу особенностей своей деятельности, неизбежно оказываются мишенью злости пациента. Нередко, на них на первых обрушивается злость. Часть этой злости, они не заслужили вовсе. Это довольно распространенная ситуация, когда злость, связанная с горем потери, направляется на наиболее подходящий объект, так или иначе с потерей связанный.

С другой стороны, я бы не стала игнорировать тот вклад, который действительно делают, порой, врачи и медсёстры, в усугубление психологического состояния пациентки. Причём я бы здесь больше акцентировала роль человеческого фактора, а не технического, — именно отношение к пациентке и способ обращения с ней в процессе выполнения своих обязанностей. Говоря о человеческом факторе, я вовсе не имею ввиду, что врачи и медсёстры должны как-то особенно жалеть и окутывать заботой своих пациенток, я не говорю о каком-то особом психологическом подходе — постоянном выслушивании, утешении, нахождении каких-то поддерживающих слов. Им ведь еще надо непосредственную работу выполнять — лечить. Я говорю о банальном минимуме — уважительном отношении к женщине, обращении с ней, как с человеком, а не как с бездушным телом. Я говорю о таких элементарных, на мой взгляд, вещах, которые являются обязательной частью лечения. Об ответах на вопросы; о подготовке к тем или иным процедурам через объяснение, что и как; о том, чтобы смотреть хоть иногда на пациентку в процессе диалога с ней; о тоне, интонациях; и, как минимум, отсутствии оскорбительных слов в адрес пациентки. Если уж на то пошло, я говорю об элементарной культуре общения, и уж тем более, оказания медицинской услуги.
По поводу отношения к врачам и медсёстрам я бы здесь хотела отметить ещё пару пунктов:

  1. Недоверие, обида, злость на врачей и других медицинских сотрудников может переноситься и дальше, за пределы больницы или женской консультации. Это может происходить, когда женщина находится еще в процессе проживания потери, и когда медицинская сторона вопроса не закрыта (долечивание, обследования, реабилитация — в зависимости от сложности ситуации). А также — в случае незавершенного проживания горя или в случае, если процесс лечения оказался не просто стрессом для женщины, но обернулся психологической травмой (что тоже возможно при определенных внешних и внутренних обстоятельствах). Это может приводить к тому, что последующие встречи с врачами по поводу случившегося или по поводу планирования новой беременности могут приводить к ухудшению психологического состояния женщины. Иными словами, встреча с врачом, обсуждение тех или иных вопросов, становятся тем, что вновь оживляет болезненные переживания. Даже если казалось, что женщина уже вполне пришла в себя и большую часть времени пребывает в хорошем психологическом состоянии. Поэтому на неосознанном уровне врач может восприниматься не как помощник, а, скорее, как враг или недоброжелатель.
    Злость и недоверие женщины к врачам могут возрастать в ходе затянувшегося обследования и неясности причин невынашивания. Особенно, если замирание или выкидыш произошли не в первый раз. Чем меньше ясности и понимая, что делать, чтобы следующий раз могло получиться выносить ребёнка, тем больше тревоги и недоверия у женщины. Еще, конечно, эта чаша заполняется по мере того, как женщина сталкивается с разными врачами и разными мнениями или дополнительными мнениями. Типичная ситуация: женщина, пережившая замершие беременности или выкидыши, обращаясь к врачам в связи с сопутствующими заболеваниями (или, например, при прохождении УЗИ, которое чаще всего делает не лечащий врач), получает от врачей вопросы и рекомендации: «а проверяли ли вы это?», «а проверяли ли вы то?», «вам бы сделать такой анализ» и т.д. С одной стороны, это хорошо. И слава богу, что есть заинтересованные врачи и просто даже можно сопоставлять их мнения. Как говорится, с миру по нитке — голому рубаха. Один сказал что-то дельное, другой сказал что-то дельное, глядишь, и более полная картина действий сформируется. С другой стороны, у женщины может возникать вопрос «А почему мой лечащий врач об этом не спрашивал и не говорил мне?». «Он об этом не знает, или он недостаточно добросовестный или что-то ещё?» И если она этот вопрос своему основному врачу не задаёт, то доверие уменьшается, а напряжение растёт, а может быть, и злость. С другой стороны, женщина, которая уже со всех сторон обследована, и при этом каких-то определённых причин произошедшего не найдено, может внутренне довольно болезненно на такие вопросы реагировать. Когда очередной врач (кстати, не всегда профильный) из лучших побуждений (или, что менее приятно, без особых побуждений, а на автомате) начинает интересоваться, «проходили ли вы это, выясняли ли вы то», женщина погружается в ощущение собственной беспомощности, поскольку всё это она уже проходила, а ответа всё еще нет. И в её восприятие такой «любопытствующий» врач выглядит не как помощник, а как еще один посторонний, который давит ей на больную мозоль.Опять же, в ситуации, когда женщина безрезультатно сдаёт анализ за анализом, у неё могут возникать сомнения в том, не тянут ли с неё деньги. Это особенно касается тех женщин, которые наблюдаются у платных врачей.
  2. Как ни странно, вроде бы полезные и, по сути, верные рекомендации врачей играют с некоторыми женщинами злую шутку. Это относится и к женщинам, пережившим замершую или выкидыш первый раз, и особенно к тем, кто столкнулся с проблемой привычного невынашивания. Современные врачи, на мой взгляд, стали больше внимания уделять психологической составляющей здоровья. Думаю, это хорошо. От них нередко можно слышать о том, что «вам нужно привести свои мысли в порядок», «вам нужно меньше нервничать, мыслить позитивно», «вам нужно расслабиться», «вам нужно больше приятных впечатлений» и т.д. В отношении женщин, о которых я пишу сейчас, часто звучат такие советы, как «Вам нужно расслабиться, перестать тревожиться», «Вам нужно настроиться. От настроя многое зависит». Однако при этом врачи не особо заботятся о том, как женщина эти рекомендации поняла и знает ли она, как их выполнять. Нередко женщина, получив такие рекомендации, и даже соглашаясь с ними головой, попадает в психологическую ловушку. Если она еще в процессе горевания о случившемся, в процессе проживания послеоперационного стресса и т.д., то она начинает критиковать себя за избыточные слёзы, напряжение, беспокойство. И таким образом прерывает нормальный процесс саморегуляции и освобождения от пережитого напряжения. Если стресс, связанный с потерей, уже позади, и женщина в тревоге при планировании новой беременности, то она начинает корить себя за то, что не может успокоиться и воспринимать предстоящую беременность как что-то светлое. Она начинает ругать себя за тревогу и бояться того, что этой тревогой она может навредить себе и ребёнку в этот раз. И что это может привести к замиранию или выкидышу снова. Эти мысли и самоосуждение еще больше раскручивают тревогу, поскольку просто усилием разума избавиться от тревоги она не может — так замыкается круг разрушительных эмоций. Особенно уязвимы перед такими рекомендациями, конечно, женщины, для которых и без случившегося была характерна повышенная тревожность и склонность к самокритике, к осуждению себя за свою слабость, неумение справиться с собственной тревогой и другими болезненными переживаниями.
    Ещё иногда врачи, столкнувшиеся с бесплодием, рассказывают истории, которые вроде бы призваны поддержать женщину и стать для неё примером того, что надо отпустить ситуацию. Они говорят о том, что им или их знакомым или пациенткам удалось зачать, выносить и родить, когда они совершенно перестали об этом думать и что-либо планировать и контролировать. И о случаях, когда, зная о своём бесплодии, женщина до трёх месяцев и не подозревала, что беременна (такое тоже бывает). Однако для женщины, у которой проблема не зачать, а выносить, такие советы могут оказаться тупиковыми и даже вредными. Поскольку большая часть выкидышей и замирания происходит на ранних сроках, таким женщинам часто необходимо раннее наблюдение врача, а также нередко медикаментозное сопровождение с первых дней беременности. Об этом и сами врачи говорят. Как тут отпустить ситуацию? Как не контролировать?
    Особенно, когда речь идёт о привычном невынашивании. Поэтому вокруг беременности у таких женщин создаётся поле напряжения и контроля. Если женщина по своим индивидуальным особенностям и до случившегося отличалась склонностью к повышенному контролю в разных ситуациях, то в ситуации с беременностью на фоне сильного желания и пережитых неудач, её стремление всё учесть, проконтролировать и избежать возможных рисков может приобретать особенно гипертрофированные формы. А снижение тревоги и отказ от гиперконтроля требует особых личностных усилий. Поэтому выполнить рекомендацию врача «расслабьтесь и перестаньте об этом думать» — очень сложно, а в некоторых случаях, невозможно. И такие рекомендации вызывают у некоторых женщин либо злость, либо наоборот, новое стремление — проконтролировать себя в том, чтобы расслабиться и перестать контролировать. Что, конечно же, как я писала выше, просто порождает замкнутый круг.

Вообще я понимаю, что описываю здесь довольно распространенные явления, не связанные исключительно с проблемой беременности, а связанные вообще с вопросами здоровья и взаимодействия врачей и пациентов. И эти вопросы можно рассматривать с разных ракурсов. Мне в данной статье хочется обратить внимание читателей именно на психологические аспекты вопроса. На понимание того:

  • что сила переживаемых женщиной эмоций по отношению к врачам и обследованиям может быть связана именно с проживаемым ею горем, личной тревогой и ощущением бессилия относительно ситуации;
  • что некоторые действия врачей, призванные улучшить психологическое состояние пациентки парадоксальным образом могут быть фактором ухудшения;
  • что поведение врачей и других медработников по отношению к пациентке играет важную роль в её реабилитации после потери: элементарное уважительное поведение способствует реабилитации, минимум тем, что не усугубляет её стресс или травму.
Что можно сделать? Как можно помочь?

Для начала. О госпитализации.

Чувствую себя странно, начиная писать этот абзац. Как будто пишу инструкцию по обороне. Но что делать. Отчасти, такова наша реальность.

Близкие могут поддержать женщину своим реальным присутствием и участием в том, чтобы обеспечить ей какую-то долю защиты и банального участия в устройстве ее быта в стационаре. Поскольку у самой женщины в этот момент может не быть сил, чтобы полноценно заботиться о себе, и уж тем более постоять за себя и отстаивать какие-то свои элементарные права. Когда персонал видит, что о пациенте кто-то активно заботится и готов отстаивать его интересы, как правило, сотрудники больницы ведут себя более корректно. Я это сама не раз наблюдала в разных ситуациях с разными пациентами. Мне известны реальные примеры и простой бытовой защиты. Когда только звонок «снаружи» помог решить вопрос о нахождении более менее нормального матраса для больничной койки, например. В то время как саму пациентку просто «отфутболивали». Я также писала выше о случаях, как грубо могут обращаться санитары с отходящей после наркоза женщиной. Мне довелось видеть, как влияет на таких работников присутствие в палате близких пациентки, ожидающих ее во время и после операции.

Иногда может возникнуть ситуация, когда имеет смысл даже сменить лечащего врача (из-за той же грубости) или обратиться к заведующему или другому ответственному лицу, чтобы операцию провел определенный врач.

Ну и, конечно, навещать. Особенно для женщины это важно со стороны отца ребёнка. Когда навещает, когда интересуется тем, что нужно привезти, когда просто может быть рядом и т.д.

Безусловно, то, что я описываю, не относится в одинаковой степени ко всем женщинам. И совершенно не означает, что весь набор переживаний и потребностей, описанный в данной статье, будет чувствовать каждая конкретная женщина. Всё индивидуально. Поэтому, если ваша женщина никаких признаков подобных переживаний не проявляет или всячески отказывается от ваших визитов в больницу и вашей заботы, то не надо пытаться причинить добро, настаивая на своём, потому что так сказал психолог в статье. Во всяком случае то, что вы можете сделать — это ясно выражать свое желании и готовность женщину поддерживать и о ней заботиться.

В остальном, я думаю, важным в плане облегчения состояния будет следующее:

  1. Само понимание источника переживаний женщины и того, что их усугубляет, может уже в некоторой степени помочь в совладании с ними.
  2. Поиск хороших врачей. Если есть осложнения и необходимость с медицинской стороны поддержать тело в выздоровлении. Если есть проблемы с вынашиванием и нужен врач, который занимается этой темой вплотную. Поиском может и сама женщина заниматься. Но и близкие люди, если их участие женщина принимает, в этом поиске могут сильно помочь. Используйте связи, чтобы найти специалиста по рекомендациям. Ищите через знакомых — очно и в интернете.Сама я отношусь к тем людям, которые в случае проблем со здоровьем еще и сами читают различные источники на тему. А потом со своими врачами разговариваю — спрашиваю, уточняю… и в этом процессе оцениваю, насколько врач осведомлен, может ли он мне объяснить толком, ответить на мои вопросы, пусть даже они и будут выглядеть дилетантскими и смешными. Конечно, это возможно преимущественно с врачами частных клиник, у которых не 5-10 минут на приём одного пациента. Но в ситуации невынашивания может быть и стоит подумать, как найти средства на толкового врача, если с государственным не повезло. Затраты на спасение очередной беремненности или восстановление после очередной потери могут в итоге оказаться гораздо больше.Очень грустно и горько слышать истории, когда женщина теряет одну, вторую, третью беременность, а ведущий ее врач даже не направит ее на обследования, которые уже давно известны и показаны пациенткам в подобных ситуациях. Поскольку я не врач, укажу лишь некоторые основные направления, куда стоит смотреть и о которых можно проконсультироваться с врачом-гинекологом, если женщина потеряла беременность или планирует беременность в дальнейшем. Большинство факторов гинекологи, занимающиеся проблемами вынашивания, знают сами. И если нужна консультация смежного специалиста, направляют к нему. Но это ж зависит от специалиста. Могут и пропустить. Итак, имеет смысл поговорить с врачом-гинекологом о: консультации с генетиком, о тромбофилии и консультации гематолога, о консультации с эндокринологом (или гинекологом-эндокринологом) и иммунологом ( по поводу аутоиммунных факторов). И еще раз: если врач не вызывает доверия — поменять врача или самостоятельно принять решение о том, чтобы проконсультироваться со смежными специалистами.
  3. Вообще бывает важно сделать передышку. В обследованиях и в лечении, если речь идёт не о том, что действительно надо лечить и не запустить, а именно о подготовке к следующей беременности, о выяснении причин невынашивания и т.д. Стоит подумать о том, не дать ли себе время — на тот же самый отдых, на восстановление тела и душевного равновесия. Полезными для этого могут быть как просто отпуск, проведенный в хорошей атмосфере, так и различные телесные практики, способствующие гармонизации тела и восстановлению саморегуляции. Массажист, остеопат (именно остеопат, а не мануальный терапевт или костоправ), учитель йоги или какой-то иной восточной практики оздоровительной, которая по душе — все это может быть полезно, если выбрано по желанию и с учетом своих особенностей.
  4. Работа с психологом может быть также поддерживающей и восстанавливающей. При этом, на мой взгляд, особенно хорошо, если психолог работает в подходе, в котором уделяется внимание не только процессам рациональным, но и эмоциональным, и телесным.
Другие женщины.

Не менее богатый спектр болезненных переживаний проживает женщина по отношению к другим женщинам — будь то родственницы, подруги, приятельницы или совершенно незнакомые женщины. Стыд, зависть, ревность, злость, вина.

Стыд и чувство собственной неполноценности. Думаю, эти переживания наиболее ярко и с большей вероятностью проявляются у женщин бездетных, кому не удаётся зачать или родить ребёнка. Возможно, в меньшей степени или реже это переживание посещает женщин, у которых уже есть дети и есть опыт материнства. Хотя, могу, конечно, и ошибаться.

На мой взгляд, у бездетных женщин эти переживания по отношению к другим женщинам имеют два источника. Кроме того, что женщина не может или не смогла на данный момент зачать, выносить и родить ребёнка (то есть ей недоступно само состояние полноценной беременности или беременности вообще), она еще не может стать мамой (то есть быть в той роли, которая для большинства женщин оказывается доступной). Иными словами, с ней дважды что-то не так — она не может быть биологической матерью и она не может пережить материнство. Здесь важно понимать, что, конечно, в большинстве случаев, дорога к материнству всё-таки для женщины не закрыта. И материнство (биологическое или приёмное) возможно. Но я подчёркиваю тот момент, что благополучная беременность открывает для женщины возможность быть матерью. Через 9 месяцев в большинстве случаев закономерно следует появление ребёнка на свет. В ситуации, когда женщина не может зачать или родить, путь к материнству становится, как правило, более извилистым и долгим. Поскольку включает в себя много новых, непростых вопросов. И всё это время женщину окружают женщины, которые беременеют, рожают, и, порой, за время её попыток и неудач, делают это не один раз. И каждый раз подобные новости (о беременности знакомых или о появлении у кого-то малыша) задевают за живое. А если параллельно этим новостям женщина переживает очередную неудачу или утрату, болезненные переживания могут усиливаться.

Зависть. Женщине, потерявшей ребёнка, или тщетно пытающейся забеременеть, чувство зависти часто хорошо знакомо. Она завидует беременным женщинам, и родившим, она завидует женщинам с младенцами. Она завидует всему, что связано с благополучной беременностью, родами, воспитанием малыша. Она может ловить себя на том, что постоянно сравнивает себя и женщин, которым завидует, и безутешно задается вопросом «Чем они лучше?!». Вместе с завистью приходит и ревность. Особенно в той ситуации, когда в близком окружении женщины появляется беременная женщина или молодая мама. Ревность связана с тем вниманием, которым окружают другую женщину в связи с предстоящим или уже наступившим материнством. Или это могут быть болезненные переживания, возникающие тогда, когда родственники в кругу семьи делятся наблюдениями за растущим малышом.

Также к другим женщинам относится и злость. Это переживание у женщины может варьировать от тихой злости и обиды до возникающей в ней ненависти к беременным женщинам или матерям с маленькими детьми (особенно, с младенцами), как если бы эти беременные женщины лично украли у неё ребёнка или способность рожать. Причём эта ненависть совсем не обязательно является результатом взращивания данного чувства женщиной в себе. Она как раз может возникать внезапно.

Конечно, далеко не всегда кто-либо, кроме самой женщины, узнает об этих чувствах. Зависть, ревность, злость — чувства в обществе осуждаемые. Большинство женщин переживают их в себе. О стыде, в общем-то, тоже не принято у нас в повседневной жизни рассказывать. Само чувство приводит к ощущению себя чем-то ничтожным и недостойным. А уж рассказывать об этом кому-то — веские основания нужны.

Чем более развита в личностном плане женщина, чем более воспитана, тем меньше она склонна к отыгрыванию своей боли на других женщинах. Более того, она сама чаще всего страдает от этих переживаний. Во-первых, все они связаны с её болью, которая от переживания зависти, ревности или злости никуда не девается. А во-вторых, она пугается таких переживаний в себе. Или если не пугается, то может становиться отвратительна сама себе. Осуждая в себе эти переживания, женщина пытается подавлять их, бороться с ними.

И тут на сцену выходит чувство вины. Вины за какие-то свои мысли по поводу других женщин, за собственную агрессию по отношению к ним (независимо от того, проявлена она или нет). Вины за свое поведения в каких-то ситуациях (например, за то, что женщина не может искренне и без тени боли порадоваться за родственницу или знакомую, которая забеременела и родила, не может разделить с ней её радости в полной мере или вообще ни в какой мере).

Более того, все эти чувства сложно переплетаются и, порой, создают порочный круг. Особенно, если у женщины нет той «группы поддержки» или хотя бы одного человека, с кем она может быть открыта, может быть понята, услышана и кто своей любовью, пониманием и мудрыми откликами может помочь ей сохранять неискаженное горем видение себя.

На фоне всех этих переживаний могут разрушаться и близкие отношения женщин. Женщина может отдаляться от подруг, может возникать иррациональная обида или злость на них за то, что они недостаточно внимательны к её чувствам. Хотя, стоит справедливости ради напомнить, что довольно часто во всей полноте чувства «пострадавшей» подругам остаются неведомы, если они сами не сталкивались с подобным опытом или пережили этот опыт сильно иначе. Отношения могут осложниться, когда одна подруга пережила потерю (или переживает в настоящее время) или невозможность забеременеть, а у другой получилось. Приведу в пример реальное письмо из тех, которые приходили на мой сайт в рубрику «вопрос психологу он-лайн». В нём ко мне обращается девушка, которая не может зачать ребёнка. Однако подобные ситуации и переживания в отношениях затрагивают и тех, кто потерял ребёнка в результате выкидыша или замершей беременности. Печатаю письмо здесь, поскольку оно было открыто для общей публикации:

«Добрый день! Помогите пожалуйста с советом. Мы с мужем очень хотим ребенка, но пока к сожалению не получается (2 года). Пью таблетки, трачу много денег, хожу к хорошему гинекологу, в общем делаем все к осуществлению нашего желания! И тут моя лучшая подруга уже второй раз на протяжении нескольких месяцев беременеет, хотя они даже не старались и не хотели ребенка (первую беременность она сорвала специально), сказала мне об этом не очень корректно, зная какие проблемы у нас с мужем! Я сделала вид, что порадовалась за нее, но на самом деле чувствую по отношению к ней какую-то раздраженность, злость, обиду… она зовет, как и раньше, в гости….а я всячески избегаю встреч, придумывая ей разные отмазки! Я люблю ее и не хочу терять…Помогите пожалуйста, ведь я не знаю что мне делать и как себя вести с ней……Спасибо.»

Еще возможна такая ситуация, когда подруги или женщины из родни скрывают от женщины, пережившей потерю, собственную беременность до поры до времени. Иногда, стараясь не бередить её чувства, иногда, опасаясь зависти, иногда это бывает просто потому, что они в принципе хотят до какого-то срока не афишировать беременность, и это не имеет никакого личного отношения. Однако, как бы ни было это противоречиво, женщина, потерявшая ребёнка, может в этой ситуации пережить обиду или увидеть в таком поступке подтверждение собственным опасениям, что она настолько напрягает окружающих своим состоянием, или своей злостью или завистью, что её начинают сторониться.

Другая сторона злости, которая касается всех окружающих, но в особенности женщин (поскольку они бывают в этой теме более «участливы») — это реакция на настойчивые и часто совершенно необдуманные попытки женщине помочь — словом или делом. Помочь, не поинтересовавшись, нужна ли ей эта помощь и хочет ли она такого участия в данной ситуации. А именно, это советы о том, к какому еще врачу сходить, посылание всяких сообщений с разными ссылками на истории других женщин, которые в итоге завершились хорошо. Например, интервью с какой-нибудь актрисой или просто женщиной из народа, о том, как у неё не получалось стать мамой, а потом, после каких-то совершенных ею действий (путешествие по святым местам, прикосновение к иконе, занятия с психологом, поездка с мужем на море, бросание работы и кардинальное изменение своей жизни и т.д.) она, наконец, смогла забеременеть, родить, и теперь счастлива. Это попытки предложить нового врача-гинеколога, рассказать о том, какие еще можно сдать анализы и т.д. Кто во что горазд — кто-то начинает предлагать своих бабушек-целительниц, кто-то астрологов, кто-то горошки заряженные и т.д. Парадокс в том, что с одной стороны, вроде бы люди пытаются действовать из лучших побуждений. С другой же стороны, делая это, люди часто становятся «слонами в посудной лавке», поскольку не интересуются предварительно, насколько женщина готова к таким советам и хочет их сейчас, нужна ли ей поддержка именно в такой форме. Для той, которая пережила потерю, а может и не одну, уже несколько лет погружена в эту тему всем своим телом и душой, такая неаккуратная помощь часто может восприниматься еще и как совсем иное послание. Например: «Ты недостаточно стараешься, попробуй еще и это», «Ты-таки должна стать мамой, продолжай свои попытки — мы очень хотим, чтобы у тебя получилось», «В твоей проблеме ничего сложного, просто надо найти хорошего специалиста (нужное лекарство, сделать нужное действие), «Нам со стороны виднее, что тебе надо сделать, чтобы у тебя получилось» и т.д. В конце концов, в тот конкретный момент, когда даются такие непрошенные рекомендации и советы, женщина просто может быть в неподходящем эмоциональном состоянии. И вместо поддержки получается удар по больному месту.

Родственники.

В общем и целом, то, что я писала в разделе выше (про других женщин) относится и к родственникам-женщинам. Поэтому в этой части я не буду повторяться.

Мужчины, на мой взгляд, меньше вмешиваются в эту тему — как поддержкой, так и неуместным присутствием. Что вполне понятно. Не их это стезя совсем. Поэтому в большей степени из мужчин «под прицелом» женских чувств оказывается отец ребёнка.

Помимо описанного выше в связи с другими женщинами, в отношении родственников возможны также такие переживания женщины:

  •  стыд за «неоправданные ожидания» (особенно это может касаться родителей, которые очень хотят и никак не могут стать бабушкой и дедушкой)
  • стыд по отношению к своей родительской семье, своему роду, связанный с представлением о себе, как неполноценной в сравнении с другими женщинами семьи. Здесь, кстати, может быть задета эмоциональная сторона отношений с отцом женщины. Если для него сверхценной идеей является не просто наличие внука, чтобы заботиться, а наличие внука, как продолжение рода.

Я думаю, что стоит отметить и страх идти собственным путём, выбирать свою дорогу в отношении материнства. Например, я знаю о таких ситуациях, когда родня категорически не поддерживает желание женщины усыновить или удочерить ребёнка. Тогда женщине приходится выбирать между своим желанием быть матерью и лояльностью семье. И, если решаться на усыновление, то идти на риск оказаться одной, без поддержки, с ребёнком, который не будет принят. Не факт, что это так и будет. Но какова будет реакция родственников на уже усыновленного ребёнка, не знает никто. Женщине приходится принимать решение в отсутствии поддержки со стороны ближайшего окружения.

Рядом со злостью и стыдом часто оказывается и обида. Когда поддержки недостаточно, и помимо сложной ситуации самой по себе, женщине приходится еще решать и сопутствующие проблемы отношений с роднёй, неизбежно может возникать обида и злость на тех, от кого этой поддержки женщина ждёт и не получает в достаточной мере.

Близкие и неблизкие знакомые.

Здесь я не буду говорить много. Конечно, доля участия случайных или близких знакомых в переживаниях женщины, как правило, небольшая. Пожалуй, самая распространенная форма — это любопытство и что-то вроде традиционного, общепринятого интереса к теме. Я имею ввиду те самые, брошенные невзначай, вопросы или высказывания при встрече, которые звучат в духе «Ну а вы-то когда?», «А вы что-то не торопитесь», «Что-то вы засиделись». Произносится это обычно в лёгкой незатейливой форме, с доброй интонацией. Однако, по моим наблюдениям, редко кто задумывается из таких знакомых, куда это может ударять женщину и её мужчину, в том числе. Пример для иллюстрации. Я знаю историю, как добрый сосед, с которым молодая семья находилась в общем-то в хороших отношениях, как-то увидев женщину с мужем, выходящих из машины у дома, весело поприветствовал пару и воскликнул «Ребята, ну пора уже, пора маленького!». В общем-то, что тут такого? Вполне безобидно. Если не считать одного нюанса. В этот день муж привёз жену из больницы после операции по удалению замершей беременности. Прошло всего несколько дней.

Хорошо, если это единичный случай. Но из своей жизни и профессиональной практики я давно убедилась, что окружение у людей бывает очень и очень разное. Иногда настолько, что при сравнении может показаться, что люди живут в разных мирах. Бывает и так, что таких вот праздно-любопытствующих и как бы подбадривающих в окружении оказывается несколько человек. Думаю, не сложно предположить, что если женщина хоть сколько-то охвачена переживаниями, которые были описаны выше — горе, чувства к отцу ребёнка, к врачам, к родне… то и эта вроде бы маленькая капля может вносить свой жирный отпечаток в состояние женщины. Болью, злостью, раздражением, возмущением, обидой, бессилием. Особенно, когда женщина держится из последних сил. Такие «впрыски» могут, как эффект последней капли, приводить к ухудшению состояния, к эмоциональным срывам, истерикам, и просто непонятным для окружающих слезам.

Что можно сделать? Как можно помочь?

Я даже не знаю, чем тут можно помочь в плане каких-то конкретных рекомендаций.

Всем, кто находится в роли тех самых окружающих — близких или не близких — я предлагаю просто подумать над сказанным. Быть может, если вы за собой замечаете подобный праздный интерес к личной жизни других, вы задумаетесь над тем, корректно ли его проявлять в той форме, в которой вы это обычно делаете. Может, можно это делать как-то по-другому? А может быть, вообще не стоит?

В остальном могу дать лишь очень общую рекомендацию. Учитесь разговаривать и понимать друг друга, учитесь прояснять, учитесь просить, учитесь регулировать свои границы в общении. О чём всё это?

Родственникам и просто близким людям иногда бывает полезно подумать, как предлагать свою помощь. Помощь может быть навязчивой и ненавязчивой. Это тоже важно. Прежде чем дать совет, можно сказать: «Ты знаешь, у меня есть мысли по поводу твоей ситуации. И я хочу помочь. Если хочешь, я поделюсь». Это вообще одно из универсальных «правил» общения, которое часто служит хорошую службу. Чтобы ваш совет не стал непрошенным, спросите у человека, нужен ли он ему.

Ещё часто в сложных ситуациях (и не только связанных с беременностью) можно спросить человека, какой поддержки он бы хотел. Кому-то важна помощь делами (врача найти, физической силой помочь и т.д.), кому-то — советом, и возможностью обсуждать разные варианты решения каких-то жизненных задач, а кому-то важно сопереживание — чтоб пожалели, обняли, и дали время пережить. Некоторым в определенных ситуациях нужно, чтобы их не трогали и не акцентировали внимание на их состоянии. Всем по-разному.

С другой стороны, конечно, и сами женщины, переживающие потерю, могут учиться регулировать свои отношения с окружающими. Можно долго ждать (и чаще — не дождаться), чтобы другие догадались, как с вами общаться, чем помочь, что вас задевает и что поддерживает. Но есть и другой путь — рассказывать, объяснять, просить. И учиться этому. Просить не делать каких-то вещей, а что-то делать. Говорить о том, что вас что-то конкретное задевает сейчас в словах близких, и вы не хотели бы этого слышать. Благодарить за те усилия окружающих, которые вы замечаете, и которые для вас ценны. И просто учиться замечать то хорошее, что делают для вас и что действительно для вас ощущается как хорошее. В общем, конечно, это та самая основа отношений, благодаря которой гораздо проще проживать кризисные ситуации. И если ваш личный кризис вскрыл то, что у вас эта основа не очень прочная и отношения с окружающими не слишком гармоничные и поддерживающие, то у вас есть шанс что-то изменить. Пробуйте самостоятельно. А если не получается или просто не хотите в одиночестве, то можно учиться вместе с психологом.

Продолжение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × три =