Категория: | Просмотры: 420

Спецкурс по клинической гештальт-терапии.Три дня. О депрессии. Об убийстве. О самоубийстве. Глубокое погружение. Прикосновение к теме, проживание чувств, вспоминание прошлого и ориентировка в том, что сегодня.

Интересный феномен. Казалось бы, такая особенная тема. Как всего спецкурса, так и данной сессии. Многим свойственно думать: «Это не про меня». И вот уже третья встреча, а живого материала из собственной и окружающей жизни огромное количество. Не только вспоминаемого, но и свежего актуального. Ни одна специализация не была для меня столь интенсивно и ярко наполнена полевыми феноменами, или ситуациями синхронии (настойчиво вспоминается здесь терминология Юнга). Причём, чтобы это было одновременно у многих участников. Высокая концентрация.

Я лишний раз убедилась, что в той части нашей работы, которая непосредственно граничит с клиническими вопросами, очень важной, даже неотъемлемой, задачей обучения является исследование и осознанная переработка собственного опыта встречи с безумием — как своим, так и окружающих. Опыта погружения в отчаяние, безнадежность, апатию, депрессивную черноту, или пустоту, или холод (выбирайте, что вам больше подходит). Опыта тревоги, страха и паники. Опыта ярости и готовности убить, неконтролируемого аффекта, повреждения себя (осознанного или не очень). Опыта разрушения картины мира и буквального ухода почвы из-под ног. Опыта бытия на грани жизни и смерти. Опыта утраты близких людей, в связи с их безумием, или безумием другого человека. Опыта взаимодействия с безумными, встретившимися нам в жизни.

Обучение работе с клинической тематикой для меня сейчас стало самым ярким примером давно известного тезиса: никакая техника не поможет, если психотерапевт не может обеспечить качественное, исцеляющее присутствие для клиента. Основой такого присутствия в данном случае для меня является принятие безумия, как части жизни, и принятие собственного безумия. Только так я могу находиться рядом с чужим безумием, сопровождая человека при этом в поисках и укреплении той его части, которая хочет сохранить связь с нашим повседневным миром.

В общем, знакомство-вспоминание / исследование-осознавание-проживание / и только потом техника. Я нахожу сейчас клиническую специализацию с таким подходом очень важной в жизни профессионального сообщества. Безумие приводит к разрыву связи с миром, с людьми. Именно групповая работа в исследовании этой темы кажется мне перспективной. Когда поддерживается личное присутствие и взаимодействие в группе, а не маска профессионализма. Я несколько удивляюсь тому, какой образ приходит мне в голову. Поскольку я человек, который очень уважает и ценит структуру, систему, ясность, границы и технику. И всё же поделюсь. Я обнаружила, что упор на техническую сторону вопроса (лекции, упражнения, индивидуальные сессии под супервизией) именно в контексте вышесказанного символизирует для меня смирительную рубашку или «вязку», применяемую больше не из необходимости предотвратить, а из страха потерять контроль над ситуацией. Я думаю, что в клинической специализации особенно важно переходить к техническим вопросам, когда участники осознают и чувствуют свою внутреннюю свободу выбирать, говорить или не говорить в общем круге о своём экстремальном психическом опыте, а не регулируются преимущественно чувством стыда, ужаса, безнадежности и беспомощности (в том числе неосознаваемыми). И способны проживать эти рассказы вместе. В общегрупповом профессиональном пространстве, остающемся человеческим при этом.

Оксана Лазовская умеет это делать мастерски, проводя большую часть встречи в динамическом ключе. Не предлагая игры о безумии, не моделируя искусственно этот опыт в группе. А поддерживая такое общение коллег, в котором органично существуют как профессиональное обсуждение, размышление, так и соприкосновение с личным опытом — своим собственным и друг друга.

Для меня это были глубокие, честные и трогательно близкие три дня. За что я очень благодарна Оксане и коллегам.

p.s. Так случилось, что за 12 дней до начала этой сессии в пермской школе произошло то самое кровавое нападение, где пострадал учитель начальных классов, ученики и сами нападавшие. Это всех коснулось по-человечески. А некоторых коллег и напрямую профессионально. Отдельная благодарность тебе, Оксана, за внимание к этой ситуации, легализацию темы и профессиональную поддержку. И вам, коллеги, находившимся в эпицентре событий и говорившим о себе, своих переживаниях и мыслях.

 

Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства. Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства.
Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства. Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства.
 Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства.
 Спецкурс по клинической гештальт-терапии. Сессия 3. Депрессивные расстройства.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 × 4 =